На первый взгляд ситуация вокруг македонского языка ещё комичнее, чем недавно процитированный нами эпизод из современной пьесы. Но лишь на первый взгляд стороннего наблюдателя, не успевшего проникнуться исторической масштабностью проблемы.


Судите сами: грекам не нравится название независимого государства Республика Македония, а болгары, первыми признавшие независимость Македонии, отказывают македонскому языку в самобытности. Причины: незаконное присвоение исторического бренда и шовинистическая привычка считать македонские говоры диалектами болгарского языка. Однако всё это скорее проблемы политики. Впрочем, никакая политика никогда не висит в воздухе, а очень даже опирается на историческую почву.

Не только в политике дело. Оказывается, научный мир тоже не единодушен в признании самобытности македонского языка. Слависты упорно считают литературный македонский вторым стандартом болгарского. Это несмотря на то, что македонский давно изучают не только, скажем, в Скопле (столица РМ, которую по-русски почему-то тоже стали писать через “J” – Скопье), но и в универах “дальнего забалканья”, в т. ч. в МГУ.

Македонский язык действительно очень близок к болгарскому, и “лингвистический шовинизм” болгар имеет глубокие исторические предпосылки. Кому посчастливилось изучать старославянский, наверняка помнит, как дважды два, что этот язык был основан на македонской диалектной базе древнеболгарского языка. Теперь, надо полагать, с таким утверждением обязан не согласиться каждый патриотически настроенный македонянин, ратующий за лингвистическую самобытность.

А между тем литературному македонскому нет ещё и семидесяти. К слову, территориальное оформление в сегодняшних границах Македония обрела, войдя в состав СФРЮ вскоре после второй мировой – всего через несколько лет после кодификации языка. Не лишним будет вспомнить, что в Российской империи украинский и белорусский считались диалектами великорусского. Может, и по сей день считались, если бы… Но история, как известно, не приемлет сослагательных фантазий.

Что ж, пусть великий полководец Александр Македонский, как признают, говорил на древнегреческом, а Дмитрий Донской – на древнерусском, но тот факт, что не столь уж многочисленный балканский народ, невзирая на крутые исторические переломы, сохранил на протяжении веков своё самосознание и сберёг родную речь, несомненно, достоин восхищения. Нам, русским, не помешает лишний раз призадуматься, насколько бережно мы относимся к нашему родному языку.